Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков

Библиотека иностранной литературы — Зарубежная литература 17 века - Французская литература - Мольер

Мольер
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков




В «Тартюфе» Мольер использовал различные художественные приемы: есть в нем элементы фарса, многое напоминает комедию интриги или комедию нравов. Но «Тартюф» — это прежде всего комедия классицизма, и не только потому, что это комедия характера, что в ней полностью соблюдены все три единства, но и потому, что она имеет общественное содержание,, смысл которого Мольер выразил в предисловии к пьесе: «Ничем так не проймешь людей, как изображением их недостатков. Упреки люди выслушивают равнодушно, но насмешку перенести не могут... Комедия же избавляет людей от их пороков».

«Дон Жуан, или Каменный гость» (1665) был написан и разыгран всего за две недели: после запрещения «Тартюфа» надо было пополнять репертуар. В этой комедии драматург обратился к популярной в те времена теме о развратнике, которого ждет небесная кара. Впервые о Дон Жуане (Дон Хуане) написал в Испании Тирсо де Молина, затем о нем создавали пьесы в Италии, во Франции. Мольер сознательно следовал испанскому образцу: его комедия написана прозой, в ней не соблюдаются правила трех единств, чередуются сцены трагические и комические. Комедии о Дон Жуане были, как правило, пьесами-канвами, вырванными из национальных условий, христиански-наставительными. У Мольера нет никакого церковно-назидательного содержания, все происходящее в пьесе насыщено социально-бытовой конкретностью. Главный персонаж — молодой повеса и весельчак, который живет по принципу «все позволено», не ведает никаких запретов. Сганарель, слуга героя, так его аттестует: «Мой господин Дон Жуан — величайший из всех злодеев, каких когда-либо носила земля, чудовище, собака, дьявол, турок, еретик» (перевод А. В. Федорова). Но Дон Жуан у Мольера — это не воплощение общечеловеческого порока (разврата), а конкретный социальный тип французского дворянина.

Комедия Мольера впечатляет внешними бытовыми деталями, по которым легко угадываются приметы французской жизни второй половины XVII в.: Дон Жуан обольщает французских крестьянок, которые говорят на народном диалекте патуа; Дон Жуан живет на широкую ногу, но в долг, как вся «золотая молодежь» его времени; деньги он заимствует у буржуа Диманша, «черной кости», которого откровенно презирает, дурачит, но умеет обворожить, так и не отдавая долги. Отец героя дон Луис осуждает сына. Он убежден, что «знатное происхождение без добродетели — ничто», что «добродетель — это первый признак благородства». Дон Жуан лишен сыновних чувств, им движет лишь корысть, желание как можно скорее получить наследство и промотать его. Он сам освободил себя от всякой моральной ответственности. Когда Сганарель говорит ему: «...если вы знатного рода... то вы от этого умней... вам все позволено, и никто не смеет вам правду сказать?», то в ответ тот лишь смеется, уверенный в своей безнаказанности. Он, натура недюжинная, значительная, поставлен в особые привилегированные условия, поэтому и зло, которое он творит, особенно преступно. Недаром Сганарель замечает: «Когда знатный господин еще и дурной человек, то это ужасно». Мольер показал, что французский дворянин — паразит, хищник, лишенный всяких нравственных норм. Но автор наделяет своего героя и достойными чертами — смелостью, ловкостью, отвагой, а также подлинной интеллектуальной культурой: Дои Жуану свойственны широта мысли, критицизм, блестящий ум. Поэтому слабость к Дон Жуану питают не только женщины, но даже Сганарель, который, осуждая своего хозяина, часто любуется им и подпадает под его обаяние.

Дон Жуан — философ-вольнодумец. Ум и логичность мышления приводят его к полному скептицизму, который распространяется и на его отношение к женщине, медицине, религии. Главная его цель — стремление к наслаждению. Убежденный многоженец, он признается: «Я не могу любить один раз, меня очаровывает всякий новый предмет...» Ему безразлично, ждет его небесная кара или нет. Такое понимание наслаждения и философское его обоснование дают возможность отнести Дон Жуана к разряду либертенов, светских вольнодумцев, которые в наслаждении видели лишь удовлетворение чувственных потребностей и нарочито презирали религию и церковников. Но Дон Жуан в ссоре не только с церковью, он выступает и против самого бога, отрицает загробную жизнь, не верит ни в ад, ни в рай, ни в бога, ни в дьявола; он признает только реальные доказательства.

Дон Жуан — не просто поверхностный вольнодумец, каких было много в его время; ему свойственно подлинно философское вольномыслие, убежденный атеизм. При этом он абсолютно искренен не только в проявлении своих желаний, но и своих философских воззрений; недаром милостыню нищему он не прикрывает божьим именем и говорит, что дает ему золотой не Христа ради, а из человеколюбия.

Но к пятому акту прямодушный Дон Жуан становится лицемером. Для него лицемерие было «чистейшей политикой», «спасительной уловкой»: он располагает к себе отца, мирится с братьями Эльвиры, поправляет все свои запутанные дела. Дон Жуан рассуждает, пытаясь осмыслить происходящее: сделать вид порядочного человека — проще простого, так поступают все; лицемерие — порок привилегированный, всем свойственный, а привилегированные пороки становятся добродетелями. Мольер осмелился заявить, что лицемерие — порок государственный, им заражена французская аристократия, а знать — вполне сродни Тартюфам. Так, Дон Жуан — это социально обобщенный тип французского дворянина, придворного «короля-солнце».