Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков

Библиотека иностранной литературы — Зарубежная литература 18 века - Немецкая литература - Иоганн Вольфганг Гёте

Иоганн Вольфганг Гёте
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков




Нравственный максимализм, духовную красоту личности утверждает поэт и в трагедии «Торквато Тассо» (1789). В судьбе великого итальянского поэта, жившего при дворе герцога Феррарского, Гёте увидел много общего со своей жизнью в Веймаре. Жизненную трагедию Тассо, не умеющего приспосабливаться, мечтательного, вспыльчивого, поэт показал как социальную трагедию. Заточение Тассо в тюрьму — отражение несвободы художника (и человека вообще) в обществе.

Гёте вернулся в Веймар в 1788 г. Стремясь сохранить свою творческую свободу, поэт отказывается от всякой административной деятельности. В наибольшей степени жизнерадостное мироощущение Гёте классического периода отразилось в цикле «Римские элегии» (1788), который явился непосредственным итогом путешествия в Италию. Кроме того, цикл был навеян встречей Гёте с работницей фабрики цветов Кристианой Вульпиус, ставшей впоследствии женой поэта. В «Римских элегиях» Гёте с необычайной силой воспел радость чувственной любви как неотъемлемой части духовного мира человека. Элегический дистих, которым написаны эти стихи, возрождал дух античной поэзии: «Чувствую радостно я вдохновенье классической почвой, // Прошлый и нынешний мир громче ко мне говорят» (перевод Н. Вольпин).

С высоты «классической почвы» далекими и непонятными оказались для Гёте события Великой французской революции. К этому времени он пришел к глубокому убеждению, что природа и общество должны развиваться не путем революционных взрывов, но путем постепенной и органической эволюции. Не принимая методов революции, Гёте тем не менее считал благородной ее цель, хотя предвидел, что конечный результат будет далек от нее.

Противоречивое отношение поэта к революции отразилось в «Венецианских эпиграммах» (1794), в поэме «Герман и Доротея» (1797).

Важной вехой в творческой эволюции Гёте стал 1794 г. Дружба с Шиллером дала поэту новый творческий импульс. Он создает воспитательный роман «Годы учения Вильгельма Мейстера» (1796), где показано становление личности, попытка человека вырваться из оков убожества.

Это роман об искусстве и о художнике. Вильгельм, юноша из богатой бюргерской семьи, страстно увлеченный театром, порывает со своей средой. Странствуя по Германии, проходя через годы ученичества, он стремится обрести себя. Роман сложен по композиции, универсален по охвату действительности. В нем соседствует комическое и драматическое, житейская проза и дух высокого трагизма. Один из самых загадочных и обаятельных образов романа — девочка Миньон, выкупленная Вильгельмом у бродячих циркачей, томящаяся по далекому дому, страдающая от неразделенной любви, предчувствующая свою раннюю смерть. Шедеврами немецкой лирики стали песни Миньон, в которых с необычайной силой выражено ее томление. В конце романа Вильгельм Мейстер приходит к мысли о необходимости практической деятельности на благо людей, становится членом тайного Общества Башни, цель которого — утверждение гуманности. Во второй части дилогии — «Годы странствий Вильгельма Мейстера» (1829) — романе идей, экспериментальном по форме, Гёте символически воссоздаст идеальное общество, о котором мечтают Мейстер и его братья по духу. Утопия Гёте близка грандиозным видениям великих утопистов XIX в.

«Годы учения Вильгельма Мейстера» свидетельствовали о том, что в творчестве Гёте наступил новый, важнейший этап синтеза достигнутого, этап универсализма.

Идея гармоничного, прекрасного человека соединяется с идеей активности, действенности. Наиболее полное воплощение новый идеал поэта найдет в «Фаусте», но пройдут еще долгие годы, прежде чем Гёте завершит свое великое творение. За это время на литературной арене окончательно утвердится романтизм. Отношение Гёте к нему сложно. В то время как романтики изображали раздвоенность, смятенность человека, Гёте был верен гармонически цельному идеалу. Однако во многих произведениях, написанных им на рубеже веков и в XIX в., звучат романтические ноты. Универсализм XVIII в., которому продолжал хранить верность Гёте, еще раз отразился в многообразии его эстетических и естественнонаучных занятий, в его лирике. Глубоко чувствуя органическое единство, взаимосвязь национальных литератур, писатель выдвигает идею «всемирной литературы». В круг интересов поэта (не без влияния романтиков) входит и литература Востока. Двенадцать книг сборника «Западно-восточный диван» (1819), навеянного поэзией выдающегося персидского поэта XIV в. Хафиза, воссоздают грандиозную и целостную поэтическую картину мира и человеческой души. Здесь Гёте формулирует свой великий творческий принцип, являющийся одновременно и принципом движения жизни: «Умри и возродись!» Кроме того, «Западно-восточный диван» — это великая книга любви. Любовь Хатема и Зулейки (поэтическое отражение любви Гёте и Марианны фон Виллемер) — это олицетворение вечного, прекрасного закона жизни, закона природы. Одним из шедевров поздней лирики Гёте стала «Трилогия страсти» (1823) — последний страстный взлет чувств. Центральное стихотворение трилогии («Мариенбадская элегия») посвящено последней любви поэта — девятнадцатилетней Ульрике фон Левецов. В поздних философских стихотворениях многообразно выражена излюбленная мысль поэта о глубокой, органической связи всего сущего, природы и человека («Эпиррема», «Ан