Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков

Библиотека иностранной литературы — Зарубежная литература 19 века - Французская литература - Виктор Гюго

Виктор Гюго
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков




Гюго утверждает, что поэт должен быть философом и историком, но, пытаясь быть ими, он всегда оставался прежде всего поэтом.

Подтверждением тому служат стихотворные сборники, которые по-прежнему выходили в свет: «Песни улиц и лесов» (1865), «Четыре ветра духа» (1882), «Все струны лиры» (1888—1893). Особо надо отметить сборник патетической лирики — «Грозный год», опубликованный в 1872 г. Этот сборник — своеобразный поэтический дневник тех незабываемых событий, которые привели Францию к первому опыту пролетарской диктатуры. Чувствуя себя историком, хроникером, поэт ощущает свою ответственность за то, чтобы ничто не было забыто будущими поколениями (отсюда и хронологический принцип сборника: двенадцать глав «Грозного года» носят название месяцев — от августа 1879 до июля 1871 г.). Поэт не забыл рассказать и о падении Второй империи, о франко-прусской войне и горечи поражения, о кровавом терроре весельцев, палачей коммунаров. Многое не приняв в коммуне, Гюго, первый из французских писателей, смело и открыто выступил в защиту потерпевших поражение революционеров.

«Я всем поверженным и угнетенным друг», — восклицал Гюго в одном из стихотворений «Грозного года». Эти слова поэта и искренни, и истинны, так как его общественная деятельность и его литературное творчество, которое он понимал как общественное служение, всегда были обращены к людям, не к избранным, а к демократическим массам. И в лирике, и в прозе Гюго никогда не замыкался в узкий круг интимных переживаний: все его произведения наполнены чувством глубокого участия к судьбам угнетенных и восстающих народов. Роман «Отверкенные» (1862) был написан Гюго также в защиту народа. Об этом заявлено в предисловии: «До тех пор, пока силой законов и нравов будет существовать социальное проклятие, которое среди расцвета цивилизации искусственно создает ад и отягчает судьбу, зависящую от Бога, роковым предопределением человечества... до тех пор, пока будут царить на земле нужда и невежество, книги, подобные этой, окажутся, может быть, не бесполезными». Замысел романа из жизни низов возник у писателя еще в начале его творческого пути: с 1823 г. Гюго собирал сведения о быте каторжников, к началу 1830 г. он представлял уже очертания будущего романа, но первая редакция была создана к 1852, окончательная —в 1861 г.

Роман, постоянно разраставшийся за счет обширных исторических, публицистических, философских отступлений, становился и настоящим полифоническим произведением со многими темами, идейными и эстетическими замыслами. Основу «"Отверженных" составляет идея морального прогресса, к которой Гюго постоянно возвращался в зрелом творчестве. «"Отверженные" задуманы мной как книга, в основе которой лежит идея братства, и венчает ее идеал», — писал он Ламартину в 1862 г.

Свой роман он назвал «эпосом души», подразумевая нравственное совершенствование главного героя Жана Вальжана. Как и в других произведениях, Гюго понимал мир как постоянное движение от зла к добру, так и в «Отверженных» он стремился показать его развитие, заранее оговаривая победу добра. В предисловии к первому варианту романа Гюго утверждал, что «эта книга от начала до конца в целом и в подробностях представляет движение от зла к добру, от несправедливого к справедливому, от ложного к истинному, «от мрака к свету...». И хотя Гюго считал, что человек должен измениться самостоятельно, и тогда изменятся общественные условия, исчезнет социальное зло, ему, как большому художнику, не удалось уйти от социальных проблем своего времени, которые он видит в «угнетении мужчины, принадлежащего к классу пролетариата, падении женщины по причине голода, увядании ребенка вследствие мрака невежества». Реальная действительность подсказала облик и истории основных героев романа. Это и доведенный до крайней нищеты и голода Жан Вальжан, главный герой «Отверженных» (он вынужден украсть хлеб, чтобы накормить детей сестры), и труженица Фантина, пожертвовавшая собой ради ребенка, и маленькая Козетта, ставшая с юных лет прислугой у трактирщика Тенардье, и справедливый, веселый беспризорник Гаврош, героически погибший на баррикаде 1832 г. в сражении за республику.

Посвящая свой роман всем отверженным, Гюго выступает неутомимым обличителем буржуазного мира, его бездушия, жестокости и берет под защиту человека страдающего и гонимого.

В «Отверженных» Гюго пытался разрешить двойную задачу: обличить социальное зло и указать путь к его преодолению. Об этом говорят Многочисленные варианты предисловия к роману: «Общество, которое не хотело бы, чтобы его критиковали, походило бы на больного, который не дает себя лечить» (1851). «Изобразить вознесение души и, пользуясь случаем, показать во всей трагической реальности социальное дно, с которого она поднимается, чтобы общество отдало себе отчет в том, какой ад служит ему основанием, и чтоб оно поняло, наконец, что пора возжечь зарю над этим мраком, предупредить, что является самой скромной формой ответа, —цель этой книги» (1860 г.).

Показав в образе трактирщика Тенардье лицемерный человеконенавистнический буржуазный порядок, разоблачив враждебное народу буржуазное законодательство, воплощенное в образе полицейского Жавера, Гюго создает образ епископа Мириэля, в котором, по его мнению, должна воплотиться идея человечности. Вот что может явиться спасительной социальной силой. Епископ Мириэль—характер нетипический. Он противопоставлен не только Жаверу, но и реакционной католической церкви. Гюго не скрывал, что «идея родила персонажи, персонажи произвели драму».

В образе епископа воплотилась одна из главных «идей» писателя: это — высшая гуманность, основывающаяся на принципах христианского милосердия. На судьбе главного героя Жана Вальжана проверяется истинность этой «идеи», которая оправдала себя: на наших глазах происходит перерождение бывшего каторжника, ожесточенного жизнью, в человека высоконравственного, вызванное сердечным отношением к нему епископа. Благодаря моральной поддержке Мириэля Жан Вальжан становится другим человеком. «Произошло нечто большее, чем превращение, — произошло преображение», — говорит автор.