Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков

Библиотека иностранной литературы — Зарубежная литература 19 века - Романтизм - Американская литература - Герман Мелвилл

Герман Мелвилл
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков




Два из трех следующих романов Мелвилла «Редберн» (1849) и «Белый бушлат» (1850) также написаны на биографическом материале (писатель служит матросом как на торговом, так и на военном корабле). Они написаны в жанре «морского романа», который у Мелвилла приобретает новое качество по сравнению с «морскими» романами Купера и других его современников. Море у Мелвилла — не фон и не декорация; море — это сама жизнь, раскрывающая истинную цену и сущность человека. И в «Редберне», и в «Белом бушлате» много сцен, без всяких прикрас рисующих тяжелую долю матроса, каторжный труд и палочную дисциплину на кораблях. Но в этих книгах намечается очень важный для будущего творчества Мелвилла второй план — план ассоциаций, аллегорий и символов. Возникает связь реальности и иносказания, быта и бытия, микро- и макромира. Это нашло отражение в многозначительном подзаголовке «Белого бушлата» — «Военный корабль как образ мира».

В промежутке между «Редберном» и «Белым бушлатом» был написан и опубликован роман «Марди» — неровный, но ключевой для эволюции Мелвилла. Начавшись в духе «Тайпи» и «Ому» как еще одно романтическое повествование о приключениях в южных морях, это произведение вдруг резко преображается в сатирико-философский роман, полный аллегории и символики. Путешествие героя по имени Таджи и его спутников по островам вымышленного архипелага Марди олицетворяет вечные поиски человеком истины и красоты. Одновременно это сатирический обзор современного писателю мира. «Марди» знаменует собой новый этап в творчестве Мелвилла, связанный с поисками новой поэтики, нового художественного языка, сочетающего бытовую конкретность с иносказанием и философским обобщением. И хотя многое в романе «не стыкуется» — «морские» главы с «аллегорическими», реальность с символикой, лирическая линия — с публицистической — без «Марди» был бы невозможен шедевр Мелвилла «Моби Дик».

В «Марди» четко различимы три различных пласта. Первый — начальные пятьдесят глав — знакомый, приключенческий.

Второй пласт—аллегорический. Это путешествие Таджи и его спутников — короля Медиа, философа Бабаланджи, историка Мохи и поэта Йуми по различным странам-островам. Архипелаг Марди — аллегория мира, а каждый из островов в сатирическом свете представляет какой-то континент или государство. Порфиро — это Европа, Ориенда—Азия, Хамора—Африка, Колумбо—Южная Америка, Франко—Франция, Доминора—Англия, Вивенца—США и т. д. Путешественники попадают также в фантастические страны: Охону — страну негодяев, Хулумулу, где обитают калеки, остров царицы сладострастия Хаушии, страну реализованной христианской утопии Серению и др. Путешествие превращается в сатирический обзор состояния человеческого мира в середине XIX в. Этот план «Марди» опирается на сатирико-аллегорическую традицию Рабле и Свифта, а в литературе США напоминает о «Моникинах» Купера. В тексте романа тут и там разбросаны прозрачные намеки социально-политического характера: на события революции 1848 г. во Франции (извержение вулкана во Франко), чартистское движение в Англии, междуусобные войны в Европе, политические нравы на родине писателя и т. д. Современники Мелвилла без труда воспринимали социальный подтекст «Марди».

Посещение путешественниками Вивенцы описано особенно подробно. Один из наиболее ярких эпизодов связан с проблемой рабства в США. На храме Статуи Свободы у берегов Вивенцы — горделивая надпись «В этой стране все рождаются свободными и равными», но рядом обнаруживается примечание «кроме племени Хамо» (т. е. негров).

Третий пласт романа — символический. Он строится на поисках прекрасной и таинственной девушки Йилы, которые ведут, странствуя по архипелагу, Таджи и его спутники. «Символические» главы «Марди» изобилуют явными и скрытыми аллюзиями и цитатами из древних и современных Мелвиллу философских учений. Хотя образ Йилы несколько туманен и искусствен, смысл поисков Таджи ясен — это вечное стремление человека к высшему смыслу и гармонии. В отличие от своих совредоенников-трансценденталистов Мелвилл видит трагически неразрешимые противоречия мира и не может принять оптимистической вселенной, предложенной Эмерсоном. Мир Мелвилла разорван, дисгармоничен: «Блаженства нет вовсе... Грустью порождено безмолвие, царящее в бескрайних просторах вселенной. Вечной скорбью объят весь мир».