Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков

Библиотека иностранной литературы — Зарубежная литература 19 века - Типы художественного сознания в 19 веке

Типы художественного сознания в 19 веке
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков




В письмах к знаменитой писательнице Жорж Санд Флобер признавался, что она создает героев такими, какие бы ей хотелось, чтобы они были, он же предпочитает создавать их такими, какие они есть на самом деле. Флоберу принадлежит также весьма важная мысль о том, что целью искусства является истина и красота. Его роман «Мадам Бовари» вызвал серьезное негодование определенных кругов французского общества, а автору пришлось предстать перед судом за оскорбление общественной морали и нравственности. В историческом романе «Саламбо» для подчеркивания огромной временной дистанции между современным читателем и теми событиями далекого прошлого Флобер изобрел слова, придумал детали быта и утвари, никогда не существовавшие, чтобы убедить читателя, что все ему незнакомо и непонятно и сравнивать не с чем.

Слово «реализм» появилось во французской критике в 1834 г., но не повлекло за собой активного распространения вплоть до оформле­ния школы «наивного» или «истинного» реализма Шанфлери и Дюранти, которые в 1856 г. выпустили журнал под названием «Реализм», просуществовавший до 1857 г. Новая школа воспринималась как явление социальное, обозначила те изменения, которые происходили в своеобразный переходный период с середины 30-х — конца 40 гг., когда новый герой заявил о вторжении новых общественных сил в литературу.

Новая школа не создала ни одного шедевра, но всколыхнула силы, потенциально существующие во второй половине XIX в. в литературе Франции. Появился, по выражению В. Гюго, «новый трепет», хотя политические интересы подчас подавили литературные.

Живопись Г. Курбе способствовала появлению искусства Г. Флобера, равно как произве­дения Шанфлери вызвали появление на свет томительной ностальгии по ушедшему романтизму. Однако отношения с романтизмом не порвались окончательно, он возникал повсеместно в творчестве разных художников слова, причем то со знаком плюс, то со знаком минус. Правда, романтизм как мировоззрение, мировидение, мироощущение, был несовместим с наступившей на романное пространство реально­стью. Романтизм растворился во множестве стилей и направлений, он тревожил воображение писателя, призывая по-разному отнестись к действительности художественной. «Давите ваше сердце и, как губку, выжимайте в вашу чернильницу», — писал Шанфлери.

«Если мы хотим воспроизвести внешнюю реальность, она должна войти в нас так, чтобы мы закричали от боли», — говорил Флобер.

50-е годы — это время вхождения в литературу и братьев Гонкуров, желавших остаться свободными, вне всяких кружков и течений.

Реализм возник как антитеза, как противопоставление прочим литературным движениям. И именно «истинный реализм» Шанфлери провозгласил искренность в противовес свободе романтиков. Реализм существовал как бы в разных сочетаниях в каждом французском писателе, провозгласившем свой путь к истине.

В большинстве своем он часто допускал одинаковое отношение к политическим событиям современности и отмечал необходимость социального исследования точной документальности в описании концентрации материального мира. Французские писатели второй половины века избегали идеали­зации, поэтизации сюжета и стиля, романтических преувеличений, мелодраматизма, они сознательно выбирали обыкновенных людей, не героев, и в этой обыденности они пытались увидеть динамическое противоречие, в котором уживалось логическое и алогическое объяс­нение поступков и мотивов поведения. Так, в Эмме при всей ее привлекательности поражает удивительная пошлость выбранного иде­ала, искренность выражаемого чувства и лживость натуры.

Литература 30—40-х гг. питалась во многом утверждениями при­влекательности самого века. Любовь в веку XIX разделяли Стендаль и Бальзак, не перестававшие удивляться его динамизму, многообразию и неисчерпаемой энергии. Отсюда и герои первого этапа в развитии социального романа во Франции—деятельные, с изобретательным умом, не боявшиеся столкновения с самыми враждебными и небла­гоприятными обстоятельствами. Они во многом зависели от героиче­ской эпохи Наполеона, хотя воспринимали двуликость его, вырабатывали стратегию своего личного и общественного поведения. Видны и авторитеты, обусловившие могучую символику, метафорич­ность и метонимичность образов и ситуаций, эмблематичность явлений и персонажей. Скотт с его историзмом вдохновляет героев Стендаля на поиски своего места в жизни и истории путем ошибок и заблужде­ний.