Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков

Библиотека иностранной литературы — Зарубежная литература 19 века - Шарлота Бронте

Шарлота Бронте
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков




Высокая оценка мастера английской прозы не отражала тем не менее весь спектр новаторских приемов, использованных автором, чей роман развил и обогатил национальную традицию.

В самом его начале упоминается имя Памелы, героини одноимен­ного романа знаменитого писателя Сэмюэля Ричардсона (1689—1761), одного из самых любимых Шарлоттой Бронте. Ее собственная геро­иня, скромная гувернантка, также сумеет противостоять превратностям судьбы, энергичному напору своего хозяина, сохранить чувство собст­венного достоинства и обрести в финале счастливый брак.

Достижения сентиментального просветительского романа были творчески осмыслены автором «Джейн Эйр». Если Ричардсон, по свидетельству современников, «научил страсти двигаться по приказу добродетели», то Шарлотта Бронте сделала акцент не на теме «вознаг­ражденной добродетели», но более на вопросах свободы личности и свободы чувства. Она создала образ совершенно новой Памелы и тем самым внесла свою лепту в лучшие традиции английской женской прозы, представленной романами Ф. Берни, М. Эджуорт, Д. Остен, чьи героини также боролись за внутреннюю свободу и независимость, ставили вопрос о гражданских правах, обладали тонкой и чувствитель­ной душой, способной подняться над будничным миром. Частная жизнь героинь была полна драматизма, испытаний, опасностей. Борь­ба за свободу личности происходила на фоне пуританской чопорности, лицемерия и сословных предрассудков викторианского общества.

Женская проза достигла к этому времени больших успехов в психологическом анализе, фиксации тончайших движений мысли и чувств, в обрисовке быта и нравов мелкопоместного дворянства.

Однако, по свидетельству самой Ш. Бронте, ее несколько раздра­жала бытописательская манера Д. Остен с ее точным воспроизведением обычных лиц, «ухоженных садов с подметенными дорожками и неж­ными цветами», но при том — «ни одного яркого образа, ни одного дикого ландшафта».

Шарлотта Бронте отстаивала право на свое виде­ние реальности и поэтическое ее воспроизведение, будучи убежденной, что художник не может быть глух к поэзии и яркому воображению. С эстетикой романтизма ее связывало умение открывать красоту в реаль­ном, окружающем мире, что делало ее творчество близким традициям Блейка, Китса, Вордсворта.

Маленькая Джейн, живущая «из милости» в доме тетки, пытается найти тихий приют, спрятавшись за плотной шторой и углубившись в рассматривание картинок. Ее глазами читатель видит типично роман­тические пейзажи: полярные страны, мертвенно-бледные миры, оди­нокий утес среди пенящихся волн, разбитую лодку, выброшенную на пустынный берег. Неизъяснимый трепет вызывает в ее сердце изобра­жение заброшенного кладбища и одинокого могильного камня с надписью, а также корабля, подобного призраку, застигнутого штилем в неподвижном море.

Мастерски выстроенный зрительный ряд создает определенную атмосферу. Все пейзажи являются иллюстрациями к известным тво­рениям Юнга, Грея, Колриджа и других романтиков, чье творчество оказало благотворное влияние на Ш. Бронте. И вместе с ними в роман входит тема печали и скорби, некое продолжение «Песен невинности» Блейка, посвященных безрадостной жизни детей, пребывающих в нищете и голоде.

Следующий этап духовной эволюции главной героини связан с пребыванием в приюте Локвуда. Постепенно традиционный «роман воспитания» приобретает черты социально-психологического.

Жизнь под мрачными сводами учебного заведения, куда попала Джейн Эйр, показалась ей «веком, отнюдь не золотым». Физические лишения, постоянный мучительный голод, жестокое обращение с воспитанницами — все преследовало одну цель, определенную «бла­гочестивым» главой Брокльхерстом, — привить выносливость, терпе­ние и способность к самоотречению.

Портрет данного персонажа сжато и точно передает его характерные черты, фигура напоминает «черный столб», лицо —холодное и неподвижное, моментами напоминающее высеченную из камня маску. Внедренная им система воспитания и образования — не единичный факт, а отражение характерных для всей государственной системы тенденций, против которых мужественно выступила Шарлотта Бронте, тенденций, противоречащих христиан­ской морали. Над входом в Локвудский приют —доска с высеченными в камне словами из Евангелия от Матфея. И маленькая девочка не в состоянии постичь связь между священным писанием и страшной картиной унижения человеческой личности, открывшейся ей в стенах заведения.

Романтическая и реалистическая эстетика переплетаются в романе, придавая ему неповторимый характер.

Повествование выстроено хронологически, оно ведется от первого лица, все главы объединены главной героиней, Джейн Эйр, существом гордым, благородным, имеющим романтическую душу и отстаиваю­щим право свободно распоряжаться собственной судьбой. Каждая глава романа, по мнению автора, похожа на действие в пьесе. Принцип драматического построения — один из характерных в творческой ма­нере Ш. Бронте.

Итак, смена декораций приводит читателя в Торнфильд, «серую громаду», мрачное здание с гулкими переходами, таинственными происшествиями. Именно здесь Джейн Эйр придется работать гувер­нанткой. Тусклое и скучное существование прерывается романтиче­ской встречей с всадником на узкой дороге, где лошадь споткнулась и упала, путник повредил ногу, а маленькая хрупкая героиня оказала необходимую помощь. Им был Рочестер, хозяин поместья, человек богатый, умный, властный, наделенный живым умом, сердечной доб­ротой и непредсказуемостью в личном поведении. Впервые в жизни он встретил женщину прямую, независимую, с ярко выраженным чувством собственного достоинства, которая отказывается быть просто женой богатого человека, настаивая на праве собственного выбора и самостоятельности суждений.