Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков

Библиотека иностранной литературы — Зарубежная литература 20 века - Олдос Хаксли

Олдос Хаксли
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков
Зарубежная литература и биографии иностранных писателей 17 18 19 20 веков




Олдос Хаксли дебютировал в 1920 году сборником новелл "Лимб". За пятьдесят лет напряженной работы почти без выходных он оставил огромное наследие: стихи, прозу, литера­турно-критические статьи, философские трактаты и публици­стику. Широко известны его романы "Шутовской хоровод"

(1923), "Контрапункт" (1928), "Слепой в Газе" (1936), "Гений и богиня" (1955). В прозе Хаксли продолжены его научные и философские поиски, открытия и сомнения, что и дает осно­вания критикам определять ее жанровую специфику с помо­щью таких терминов, как "интеллектуальная проза", "роман идей". На стиле и форме его романов сказалась научная сре­да, в которой родился и жил писатель: внук знаменитого ученого Томаса Хаксли, брат выдающихся биологов Джулиана и Эндрю Хаксли, Олдос Хаксли с детства испытывал тягу к естественным наукам, заняться которыми ему помешала бо­лезнь глаз. Однажды он даже поставил на себе опыт с вещест­вом мескалином, близким по воздействию к наркотикам, и в итоге написал книгу "Двери восприятия", которая в шестиде­сятые годы получила широкую известность среди молодежи.

В раннем творчестве Хаксли исследуется мир, потерпев­ший кризис,, психология изувеченного войной поколения. Писателя интересует позиция интеллектуалов, оставшихся без прочной основы, что и вызывает их шараханье от одного модного философского увлечения к другому; культ мистики, идеализм, религиозно-нравственные концепции - все то, что принес с собой кризис рационалистических форм познания мира. Постепенно сатирический пафос прозы Хаксли сменя­ется философией нравственного самоусовершенствования, опору для которой писатель находит в восточной философии и раннехристианских учениях. Его размышления поучительны и способны вызвать доверие большее, чем жестокие догма­тические конструкции спасения мира, которые предлагались марксистами. Примером могут служить романы "О дивный новый мир" (1932) (в заглавии строка из восторженного мо­нолога Миранды, героини "Бури" Шекспира) и "Обезьяна и сущность" (1948) - антиутопии, ставшие значительным дос­тижением романного творчества Хаксли. Он утвердил в анг­лийской литературе, родоначальнице жанра утопии, унич­тожающую сатиру на этот устремленный в идеальное будущее жанр, пародию на идеи, вдохновившие некогда Томаса Мора. Писатель считал, что социализм, сочетающий идеи Маркса и Форда, основан на голом техницизме и является "сверхор­ганизацией", направленной против личности.

В романе "О дивный новый мир" показано некое Миро­вое Государство, возникшее в итоге осуществления идеалов рационализма. Девиз государства - "общность, одинаковость, стабильность". Он достигается высочайшим технократическим оснащением жизни, супербытом, организованным настолько,

что люди перестали быть живыми человеческими существами, рождаемыми в муках для любви и страданий. Людей выводят в инкубатории, воспитывают в младопитомниках, где им при­вивают нужные рефлексы в зависимости от касты ("дельта", "гамма", "Эпсилоны"). Полное удовлетворение и ощущение счастья обеспечивается постоянным и обязательным приемом легкого наркотика, усмиряющего природные инстинкты. Этот мир, отгороженный от нормальной жизни, породил рабов, не осознающих своего рабства. "Любовь к рабству,- писал Хаксли в предисловий к изданию романа в 1946 году, спустя четырнадцать лет после его написания, - может утвердиться только как результат глубинной, внутри-личностной револю­ции, в людских душах и телах".

Чудовищный итог этой революции показан Хаксли на проти­вопоставлении Мирового Государства с ого тоталитарно-техно­кратическим раем нормальному человеку, выросшему в обыкно­венном селении и рожденному женщиной, изгнанной из этого государства за то, что, принадлежа к привилегированной касте, она посмела ослушаться предписаний. В сатирической утопии Хаксли проглядывалась знакомая модель троцкистско-сталинского диктаторского режима, хотя столицей изображенного в романе государства был Лондон. Понятно, почему русский пере­вод этой книги (не считая фрагментов, опубликованных в 1935 году) появился только в 1988 году, спустя более полувека.

В уже упомянутом предисловии Хаксли делает профессио­нальный критический разбор своего романа, в котором по ис­течении прошедших лет он сам видел и просчеты, и места, кото­рые хотел бы изменить. Так, в романс Дикарю предложена альтернатива: безумная жить в утопии или первобытная жизнь в индейском селении, в некоторых отношениях более челове­ческая, а в других не менее странная и ненормальная. "Когда я писал эту книгу, мысль, что людям на то дана свобода воли, чтобы выбирать между двумя видами безумия, мысль эта каза­лась мне забавной и, вполне возможно, верной", так Хаксли спорит с собой, по его словам, с "усмешливым скептиком-эстетом, каким был тогда автор книги". Эпиграф к роману автор взял из работы Н. Бердяева: "Но утопии оказались гораздо более осуществимыми, чем казалось раньше. И теперь стоит другой мучительный вопрос, как избежать окончательного их осуществ­ления..." Парадоксальность этой истины и доказана писателем в антиутопии "О дивный новый мир", где в качестве главного по­рока осуществленной утопии выступает рабское закабаление человека, которое ничем не компенсировать. Задуманный как полемика с технократизмом Герберта Уэллса и "техническими" утопиями, роман Хаксли выражал опасения автора по поводу чрезмерно доверчивого отношения к социальным и научным доктринам, отвергающим личность.

Круг идей, художественно осмысленных Хаксли-беллет­ристом, видоизменялся на протяжении его творческой деятель­ности, однако определяющими оставались поиски истины с по­мощью научного эксперимента и рассуждений о моральных про­явлениях. Так, в романе "Через много лет" (1939) типичный для Хаксли интеллектуал, выпускник Тринити-колледжа в Кембрид­же, специалист по эпохе от опубликования "Оссиана" до смерти Китса, оказывается в Калифорнии по приглашению американ­ского богача, скупающего в Европе самые невероятные сокро­вища. Работа по расшифровке архивных документов старинного английского рода, проданных разорившимися потомками и ока­завшихся за океаном, сопровождается знакомством с жизнью богача, окружившего себя учеными-медиками, отыскивающими секрет долголетия. Роман соткан из рассуждений о тонкостях геронтологии, биологии и опытов на обезьянах, параллели с ко­торыми не очень-то украшают людей, о трех уровнях существо­вания - животном, человеческом и уровне вечности - и о том, что добро проявляется только на первом и третьем уровнях, а "чисто человеческий уровень - это уровень зла". Роман насы­щен цитатами из самых разных слоев гуманитарного знания: богословских трактатов и трудов восточных философов, научных монографий и поэзии, насыщен различными сведениями по ис­кусству. Все это соответствует роману идей как излюбленной жанровой форме Хаксли, а также его в меру традиционному и современному типу творчества. Писатель занимал срединную позицию между модернизмом, у которого не принимал фор­мальное экспериментаторство, и классическим реализмом, ка­завшимся ему упрощенным из-за чрезмерной роли социально-политического анализа и доверия к возможностям человека. Скептический рационализм Хаксли в сочетании с сатирой и иронией оказался весьма продуктивным и перспективным.